Главная    Карта сайта    Написать письмо
Ru   En
Фотогалерея
Смотреть фото
Интернет-ресурсы
Погода на rp5.ru
Главная  >  РОЧС  >  Из истории пожарной службы
Из истории пожарной службы

День пожарной службы


Пожалуй, с глубокой древности и до наших дней, самой страшной бедой, выпавшей на долю человечества, являются пожары.
В разные исторические периоды, разрушительная сила огня в один момент изменяла судьбы отдельных людей и городов, оказывала негативное влияние на развитие экономики и промышленности целых регионов. Обращенные за века в груды угля и пепла, канули в лету бесценные памятники мирового культурного наследия.

К сожалению, эта участь не миновала и Беларусь. Летописи и хроники донесли до нас примеры огненных катаклизмов средневековья, когда, зачастую от одной искры, поселения выгорали до последнего дома.

Только в XIV-XVI веках в городах, получивших магдебургское право, самоуправление начало внедрять в жизнь обязательные постановления по правилам пожарной безопасности – так называемые «огненные порядки». Помимо всевозможных запретов на использование огня и предписаний, ими было закреплено, что тушение пожаров – обязанность всех без исключения горожан. Того, кто уклонялся, гнали на борьбу с огнем силой либо сурово наказывали.

Широко известна и пожарная повинность, возлагаемая по очереди или по общественным приговорам, в виде взыскания за неплатеж городских налогов. «Кликуны» – своеобразные пожарные сторожа, ходили по ночам, напоминая о необходимости осторожного обращения с огнем.

XVII век принес в организацию пожарного дела изменения, ставшие, по сравнению с предшествующим временем, значительным прорывом вперед. Городские магистраты вводят выборные должности «стражников от огня», на которых возлагалось руководство тушением пожаров и контроль над выполнением профилактических мероприятий. Между тем, как и прежде, борьбу с огнем вели городские жители, собиравшиеся на пожар со своими ведрами, топорами или баграми. Уже появившийся обязательный городской инвентарь состоял, как правило, лишь из нескольких возов с заполненными водой бочками. Местом его хранения была ратуша, используемая одновременно для подачи сигнала набатом и как смотровая каланча.

Именно противопожарные мероприятия тех лет заложили основу повсеместному внедрению каменного строительства, планированию городской застройки и введению водопровода. Тогда же, в соответствии со Статутом Великого Княжества Литовского 1588 года, в особый вид преступления были выделены угроза поджога и поджог.

Попытки государственной власти организовать планомерную борьбу с пожарами, введя профессиональную пожарную охрану, относятся лишь к периоду вхождения белорусских земель в состав Российской империи, где до начала XIX века ее также не существовало.

После Императорских указов Александра I 1803 и 1804 года первые штатные, профессиональные пожарные команды были созданы в столицах – Санкт-Петербурге и Москве.

Обобщив их опыт, Министерство внутренних дел направило в губернии утвержденное «Положение о составе пожарной охраны Петербурга и Москвы» для введения пожарной охраны, с учетом местных особенностей, повсеместно. В 1818 году новым императорским Указом предлагалось, «чтобы в каждом городе был при полиции брандмейстер и при нем два ученика», умеющие обращаться с пожарным оборудованием.

Тем не менее, оба документа носили больше рекомендательный, чем практический характер. Об этом говорят и те факты, что с 1817 года тушение пожаров вошло в обязанности полков внутренней стражи, а с целью предупреждения пожаров в городах и селениях в 1848 году были восстановлены обывательские караулы.

17 марта 1853 г. именным Указом Императора Николая I была утверждена «Нормальная табель состава пожарной части в городах». В соответствии с этим документом штатный состав команд впервые стал определяться не по «высочайшему разрешению», а в зависимости от численности населения. Все города империи, кроме столиц, по числу жителей подразделялись на семь разрядов. Для каждого был определен штат служителей пожарных команд, количество инвентаря и средства на его ремонт.

В год принятия «Нормальной табели» штатное расписание было утверждено для 482 городов страны, в том числе для 34, находящихся на современной территории Республики Беларусь: Бобруйска, Борисова, Бреста, Вилейки, Витебска, Волковыска, Городка, Гродно, Дисны, Дриссы, Климовичей, Кобрина, Копыси, Лепеля, Лиды, Минска, Могилева, Мозыря, Мстиславля, Новогрудка, Орши, Ошмян, Пинска, Полоцка, Пружан, Речицы, Рогачева, Сенно, Слонима, Слуцка, Суража, Чаус, Червеня и Черикова.

13 июля (25 по новому стилю) 1853 г. Минское губернское правление и Минская городская дума, рассмотрев вопрос «О создании пожарной части в г. Минске», утвердила смету расходов на содержание пожарной части в составе одного брандмейстера, двух унтер-брандмейстеров и сорока восьми рядовых. Приблизительно в это же время, начали организовываться пожарные части и в других белорусских городах.

1853 год положил начало профессиональной пожарной службы в Беларуси.

 Век становления


«Пожарная часть в городах принадлежит к составу полицейского их управления. Устройство сей части различно в столицах, в городах губернских и в городах уездных и заштатных»
Статья 1 Свода Уставов пожарных
С вхождением белорусских земель в состав Российской империи, в городах на первых порах по-прежнему продолжали действовать старые «Порядки от огня», которые устраивали как местных жителей, так и новую администрацию.
Однако коренные изменения были попросту неизбежны, и первыми шагами в этом направлении стали Губернская реформа 1775 г. и принятие в 1782 г. «Устава благочиния или полицейского», положивших начало новой системе охраны общественного порядка.
За короткий отрезок времени в городах и уездах в качестве единого аппарата по охране «благочиния, покоя и добронравия» были созданы полицейские органы, отвечавшие, в том числе, и за обеспечение пожарной безопасности.
Должностным лицам, в первую очередь городничим, вменялось не только «подтвердить единожды о прилежнейшем смотрении каждому хозяину, чтобы крайняя везде осторожность наблюдаема была в домах от огня», но и в случае пожара – «буде же (от чего Боже сохрани) учиниться в городе пожар» – брать на себя руководство по его тушению и «обывателей заставить приложить в том старание».
Постепенно «ночная пожарная сторожа» из кликунов была трансформирована в круглосуточную службу нахт-вахтеров (будочников), для которых на перекрестках важнейших улиц установили сторожевые будки, повсеместно начинают обустраиваться «съезжие дома» для хранения городского пожарного инструмента, а для более эффективного использования имеющихся средств пожаротушения от каждых 10 домов выбираются десятские, в чьи обязанности входит в случае загораний обеспечить бесперебойную работу заливных пожарных труб из городского арсенала.
Тем не менее, на фоне роста городских поселений уже очень скоро стало очевидно, что даже этих мер недостаточно.
Как отмечалось на одном из заседаний Минского городского управления, «люди назначаемые к действию заливными трубами в самонужных случаях не знают как поступить, ломают оные и никакой помощи оказать не могут, сверх того вовсе не знают способов утушения огня».
Не спасало ситуацию и привлечение к тушению пожаров расквартированных в городах воинских частей и гарнизонов.
Причем такая ситуация была характерна для всей Империи, что наглядно доказывало необходимость изменить сами подходы в решении вопросов борьбы с огнем, заменив пожарную повинность по-настоящему профессиональной пожарной службой.
Поворотным моментом в этом процессе стало начало XIX века.
29 ноября 1802 г. именным Указом Александра I в Санкт-Петербурге «в облегчение обывателей» при полиции была учреждена «особенная пожарная команда» из солдат неспособных к фронтовой службе.
Спустя два года аналогичная команда была открыта и в Москве.
Что касается периферии, то здесь центральная власть первоначально ограничилась предписаниями о приобретении пожарных инструментов и формировании боеспособных обозов. Однако вследствие того, что деньги на их приобретение необходимо было выделять из городских доходов, заготавливалось необходимое оборудование зачастую по остаточному принципу.
При этом ответственность за обеспечение пожарной безопасности губернскими и городскими правлениями перекладывалась на определенных ими должностных лиц, среди которых особое место стали занимать «огнегасительные мастера» – брандмейстеры, обязанные «имеет неусыпное попечение об исправлении пожарных инструментов и всего к оным принадлежащего».
Что бы хоть как-то улучшить ситуацию 7 июня 1812 г. по высочайшему повелению в Санкт-Петербурге и Москве были «учреждены по одному Депо для делания пожарных инструментов» и рассылки их по всем губерниям империи.
Тогда же, «дабы вящее распространить искусство в заготовлении столь полезных и необходимых для безопасности общей орудий» предписывалось направить в эти депо из каждой губернии (Витебская, Гродненская, Минская и Могилевская были предписаны к Санкт-Петербургскому Депо) по три человека «из способных», что бы «люди сии, по мере приобретения ими нужного знания, возвращались в свои губернии, и приносили там пользу».
Но меньше чем через неделю – 12 июня – войска Наполеона переправились через Неман – началась война 1812 г.
Территория Беларуси в очередной раз стала ареной боевых действий, в результате которых к началу заграничного похода практически все города и местечки были выжжены дотла.
Занятые войной, а затем наведением порядка в крае, власти вернулись к вопросу пожарного обустройства лишь в 1818 г.
По прямому указанию императора из выбранных губерний были истребованы сведения о состоянии пожарного дела, анализ которых сводился к тому, что хотя в губернских городах и существуют пожарные инструменты, но без коренной перестройки всей полицейской системы успешно вести борьбу с пожарами невозможно.
10 января 1818 г. принимается Именной, объявленный Управляющим Министерством Полиции всем гражданским губернаторам Указ «Об устройстве Полиции в губернских городах и в особенности пожарной части» в котором говорилось:
«1. Определить, по местному соображению всех обстоятельств, число кварталов и частей каждому городу, а вместе с тем и приличное число полицейских чиновников.
2. Для каждой части определить количество пожарного инструмента, обоза, лошадей и фурманов, кои состояли в полном ведении полиции.
3. Чтоб каждая часть имела свой дом с нужными пристройками для помещения пожарного инструмента, лошадей и фурманов.
4. Чтоб в каждом городе был при полиции брандмейстер и при нем два ученика, знающие починку и обращение с машинами.
5. Привести в известность сумму, потребную как на единовременное устройство полиции, так и на годовое оное впредь содержание, а с тем вместе изобрести и способ умножения городских доходов, где оных недостаточно.
6. Между тем укомплектовать города пожарным инструментом из существующего при Санкт-Петербургской полиции Депо, при коем образовать учеников брандмейстера, требуя людей из губернии.
В последствии учредить исподволь в городах пожарные команды фурманами из людей внутренней стражи, которые не будучи в тягость городам, отправили бы службу и употреблялись бы при пожарах».
Несмотря на то, что принятие данного указа стало по сравнению с предшествующими периодами настоящим прорывом вперед, очередные изменения в организации пожарного дела не заставили себя ждать.
По иронии судьбы толчком для продолжения реформ стал пожар, произошедший 11 января 1819 г. в доме Полтавского гражданского губернатора. Донося о случившемся Малороссийский военный губернатор Князь Репнин выступил с ходатайством «учредить пожарные команды по крайней мере в городах губернских из отставных воинских чинов, по примеру таковых же учрежденных в столицах».
Предложение нашло поддержку у Императора и 8 апреля 1820 г. вышел очередной Указ «Об учреждении по губернским городам фабрик для пожарных инструментов и о приучении нижних чинов внутренних гарнизонных батальонов к управлению оными инструментами».
Более того, 25 января следующего года было принято аналогичное решение и в отношении уездных городов.
Во исполнение этих распоряжений в городах белорусских губерний уже в скором времени были введены отдельные должности пожарных служителей, а затем организованы и первые штатные профессиональные пожарные команды.
Тем не менее, будучи малочисленными (к примеру, Минская городская пожарная команда в 1826 г. состояла из брандмейстера, двух унтер-брандмейстеров и трех пожарных), даже современниками они не рассматривались в качестве силы, способной оказывать полноценную пожарную помощь.
Усугубляло отношение к огнеборцам и само Военное Министерство, в чьи задачи входило комплектование пожарных команд.
Так, ссылаясь на постоянный некомплект Корпуса внутренней стражи, в 1831 г. оно добилось разрешения отправлять полицейскими пожарными служителями солдат «неимеющих некоторых на ногах пальцев, непрепятствующих хождению», а затем и вовсе лиц из числа отбывших наказание.
Ситуация с личным составом была настолько плачевной, что Комитет Министров в 1834 г. отменил ранее принятое решение Особого комитета, учрежденного для дел Западных губерний, запрещавшее из-за восстания 1831 г. брать в Северо-Западном крае в пожарные команды местных жителей, разрешив также принимать и отставных военных.
Как бы там не было, но именно в 1830-х годах правительство впервые делает попытку сопоставить порядок оказания «пожарной помощи» с реальной потребностью городов, в связи с чем «пожарная часть» неуклонно благоустраивается: увеличивается количество пожарных команд и их численный состав, закупаются лошади и «все принадлежащие к пожарному употреблению инструменты», выстраиваются отдельные здания «для помещения пожарных инструментов с каланчами и выставками сигнальных знаков».
Завершением же организационной структуры пожарной службы в этот период стало принятие 17 марта 1853 г. «Нормальной табели составу пожарной части в городах».
Согласно этому документу, все города Российской империи  (за исключением столиц) были разделены на семь разрядов по количеству жителей.
К первому относились города с населением до 2 тыс. жителей, ко второму – от 2 до 5 тыс., к третьему – от 5 до 10 тыс., к четвертому – от 10 до 15 тыс., к пятому – от 15 до 20 тыс., к шестому – от 20 до 25 тыс., а к седьмому – от 25 до 30 тыс.
Для каждого разряда предусматривался штатный состав пожарных служителей, количество пожарного инвентаря и финансирование. Число пожарных в каждом из них, начиная с первого, составляло соответственно 5, 12, 26, 39, 51, 63 и 75 человек, возглавляемых брандмейстером.
Нормальная  табель служила основанием для разработки каждым городом, пропорционально его населению, собственного штата пожарной части, который утверждался МВД.
В течение года были объявлены штаты пожарной охраны для 482 городов империи, в том числе для 34, находящихся на современной территории Республики Беларусь.
25 июля 1853 г. Минской городской думой и губернским правлением было принято постановление «О новом устройстве в Минске пожарной команды и утверждении штата оной».
Поскольку именно с этого времени организация пожарного дела окончательно была поставлена на государственный уровень и приобрела свою законченную структуру, этот день был принят за начало создания пожарной службы в Беларуси и отмечается сегодня как государственный праздник – День пожарной службы.
Справедливости ради стоит отметить, что с момента принятия «Нормальной табели» и до конца ХІХ века численность пожарных команд оставалась практически неизменной, что естественно не способствовало снижению числа пожаров и убытков от них.
В связи с этим, правительство, направляя деньги на помощь погорельцам, было вынуждено перекладывать расходы на содержание профессиональной пожарной охраны на плечи населения.
Уже в 1861 г. Александром II было утверждено «Положение о городских самоуправлениях», согласно которому пожарная охрана провинциальных городов была передана в ведение городских самоуправлений.
К компетенции последних были отнесены не только ежегодные ассигнования денежных средств на содержание и оснащение пожарных команд (равно как и приобретение общественных пожарных инструментов), но и принятие мер по улучшению противопожарной защиты городов (выработка обязательных постановлений, создание комитетов по оказанию помощи погорельцам и т.п.).
Однако понадобились долгие годы, чтобы нормой деятельности городских властей стала реальная забота о противопожарной защите городов. Лишь после опустошительных пожаров городские власти брали под свой реальный контроль вопросы пожарной охраны.
В этих целях решением Государственного Совета от 16 июня 1869 г. губернским земским собраниям было разрешено разрабатывать и утверждать у губернаторов собственные правила о мерах предосторожности от пожаров, которыми определялись нормы планировки населенных пунктов, запрещалось устройство соломенных крыш при новом строительстве, хождение с огнем без фонаря по дворам и хозяйственным постройкам, курение табаку во дворе, гумне, сушка пеньки и льна в избах на печах, вынос не залитой золы на улицу и т.п.
Одновременно начинается целая кампания по искоренению поджогов. В обязанности каждого вменяется «доносить об умысле на зажигательство», задерживать поджигателей и передавать их в полицию, которой, помимо прочего, теперь поручалось «исследовать, от какой причины пожар произошел, случайно ли, от неосторожности, или с умысла, и о всем случившемся доносить Губернатору с подробным обозначением, сколько чего погорело».
Кроме того, в этот период ряд положений, направленных на повышение пожарной безопасности, вводится и в общеимперское законодательство, где устанавливается ответственность за нарушение противопожарных норм.
Все большее внимание в это время уделяется и капитальным противопожарным мероприятиям, таким, например, как улучшение противопожарного водоснабжения и развитию взаимного страхования от огня. Причем страховые общества во второй половине ХIХ в. внесли значительный вклад не только в оказание помощи погорельцам, но и в формирование всей системы пожарной безопасности.
Помимо льгот по платежам для клиентов, которые реализовывали противопожарные мероприятия (устраивали огнестойкие крыши, стационарные установки пожаротушения, пожарные водоемы и т.п.), осуществления детального анализа причин возникновения пожаров и причиняемого ими ущерба, проведения расследования произошедших пожаров, установления их истинных причин, страховщики нередко оплачивали доставку населением воды к месту пожара, субсидировали пожарные организации, выдавали ссуды на строительство пожарных депо или приобретение обозов. В некоторых городах за счет средств городских страховых обществ улучшали дороги и водоисточники, выдавали горожанам ссуды на приобретение огнестойких материалов, содержались артели трубочистов.
Но, несмотря на все принимаемые государством меры, состояние пожарной охраны отставало от роста городов и развития промышленности, что не позволяло обеспечить их надежную пожарную безопасность.
В то же время пожарные команды использовались где угодно, но не на тушении пожаров. Практически в каждом городе по усмотрению губернатора, полицмейстера или городского головы на пожарных возлагались дополнительные задачи, не относящиеся к их прямым обязанностям. Огнеборцам предписывалось возить дрова и воду в полицейские участки, чистить снег, зажигать и тушить уличные фонари, отлавливать бродячих собак и вывозить павший скот, что совсем не повышало их боеспособность. При этом вся команда жила на казарменном положении, отлучаться без разрешения начальства никому не позволялось. Многие пожарные сидели в казармах без отпусков месяцами, а то и годами.
Меняться ситуация начала лишь с 1873 г., когда в связи с введением в Российской империи всеобщей воинской повинности, было прекращено комплектование пожарных команд через Военное министерство, а пожарных стали принимать на службу по вольному найму.
Для привлечения людей в пожарные части государство начало внедрять систему льгот для пожарных. Были изданы правила, определявшие сроки службы, преимущества и обязанности, а также устанавливавшие моральные и материальные поощрения за длительную службу и самоотверженность при тушении пожаров.
Такой подход оказал положительное влияние на развитие пожарного дела: постепенно начало увеличиваться количество профессиональных команд, разрабатывались новые тактические способы и приемы борьбы с пожарами, совершенствовалась структура пожарных подразделений, появлялись новые специальности, газодымозащитная и водозащитная службы, внедрялись в практику пожаротушения новые образцы техники, пожарно-технического вооружения, совершенствовались средства связи и оповещения.
Все это уже в начале ХХ в. дало определенные результаты: пожарная служба твердо встала на ноги, а сами пожарные перестали рассматриваться в качестве «серых героев», практически канули в лету катастрофические пожары.

Из истории вещей:  Огнетушитель


Впервые огнетушители стали использовать в начале XVIII века, когда, наряду с ведрами и лопатами, применялись деревянные бочки, заполненные водой и оснащенные запалом с черным порохом. Такую бочку с зажженным фитилем закатывали в очаг пожара, где происходил ее взрыв, и все содержимое бочки и продукты горения запала оказывали тушащее действие на пламя. Использовались также бочки, заполненные квасцами и порохом.
В 1734 году немецкий врач М. Фушес придумал первый огнетушитель. Он представлял собой стеклянную банку с соляным раствором, которую нужно было бросать в огонь.
В 1816 году английский изобретатель Джордж Мэнби, сконструировал первый автоматический огнетушитель. Он представлял собой металлический цилиндр высотой около 60 сантиметров и объемом 24 литра, наполненный водой, которая вылетала из огнетушителя под действием сжатого воздуха.
В это же время в Америке, а затем в Англии, Франции и Германии стали производиться огнетушащие гранаты в сосудах из тонкого стекла, которые наполнялись растворами различных солей. Применять гранаты рекомендовалось только в небольших помещениях.
Однако, в привычном для нас понимании этого слова, огнетушителями они не являлись, представляя собой скорее «огнегасительные снаряды», подавляющее большинство из которых приводилось в действие путем взрыва. Причем, даже по отзывам современников, эффективность многих из них на практике была крайне низкой а, зачастую, и вовсе лишь создавала видимость защиты от пожара.
Кардинальным образом ситуация поменялась только на рубеже веков, когда в результате многочисленных поисков практически одновременно несколько западноевропейских фирм начали производство химических огнетушителей, первые из которых появились в Беларуси уже в 1904 г.
На рубеже 20 столетия в России было открыто новое средство тушения пожаров – огнегасительная пена. Это открытие имело мировое значение и было признано научными кругами и прессой всех передовых стран. Непосредственным толчком к этому открытию послужили опустошительные нефтяные пожары.
Преподаватель физики Бакинской гимназии инженер-технолог Александр Георгиевич Лоран стал очевидцем пожара на нефтепромысле, продолжавшегося несколько дней, и видел беспомощность пожарных. Он провел опыт по тушению горящей нефти пеной. Для тушения была приготовлена бочка с ведром пива. Когда нефть разгорелась, бочку стали катать, чтобы в ней образовалась пена. Эту пену вылили на горящую нефть, и горение быстро прекратилось. Опыты по тушению нефти пеной Лоран продолжал несколько лет. А в 1904 году он изобрел ручной пенный огнетушитель «Эврика», официальное же испытание огнетушителя состоялось 20 мая 1905 г. в Петербурге.
В 1911 году Лоран продает патент на пену и огнетушитель немецкой фирме «Зальцкоттен». Вскоре открытие нового средства тушения стало известно и в других странах. Таким образом, Россия стала родиной нового средства тушения пожаров – пены, нашедшей признание во всем мире.

Каска


 Впервые каска в качестве боевого элемента униформы появилась у пожарных команд Беларуси в 1850 году. Брандмейстерам выдавали бронзовую вызолоченную каску с высоким гребнем, чешуей и кокардой, в щите которой размещался герб губернии. Для нижних чинов предназначалась медная каска также с чешуей и гербом, но уже с низким гребнем. Пожарные каски такого типа просуществовали до распада Российской империи.
А вот единообразия в форме представителей добровольных пожарных организаций долгое время не было. Они носили каски, которые закупались у различных зарубежных производителей. Кстати, в среде добровольцев каска стала выступать еще и в роли награды. Для этих целей устанавливались специальные кокарды, как правило, золотые или серебряные. Такой вид поощрений использовался, по крайней мере, до конца 1920-х годов.
С образованием СССР появился и новый тип пожарной каски: медная – для рядового и никелированная – для начальствующего состава. Конструктивно она мало чем отличалась от предыдущих. А вот принципиальным отличием стало обязательное ношение вуали Винклера и назатыльника, а также введение общей для всех эмблемы - треугольника из языков пламени, скованных цепями, с изображением ствола и двух топоров. Вскоре, в целях экономии, такие каски стали изготавливать из листового железа, окрашивая корпус черным огнеупорным лаком.
Во время Второй мировой войны начинается выпуск более подходящих к условиям военного времени стальных армейских шлемов, которые стали основой защитного снаряжения советских пожарных вплоть до середины 1960-х годов. И лишь в 1961 г. запущена в серийное производство новая металлическая пожарная каска, разработанная Всесоюзным научно-исследовательским институтом противопожарной обороны СССР.
К началу 1980-х годов в Беларуси появилась пластмассовая каска. Это было защитное средство улучшенной формы с прозрачным козырьком, крепящимся к корпусу на двух шарнирах. Цвет каски варьировался от белого до светло-желтого, а максимально допустимая температура воздействия на корпус составляла 130 градусов.
Именно эти каски продолжали использоваться в пожарных подразделениях и после распада Советского Союза. Лишь в конце 1990-х годов в Беларуси были разработаны и запущены в серийное производство два вида пожарных касок и пожарный шлем из материалов с огнеотталкивающими свойствами. Сегодня в подразделениях МЧС используются шлемы как отечественных, так и иностранных производителей, которые отвечают всем современным требованиям.

Пожарная каланча


В городах, застроенных в основ¬ном деревянными домами, пожары пред¬ставляли собой огромную опасность. Поэтому в 18 веке над зда¬ниями пожарных и полицейских частей начали строить высокие башни, названные пожарными каланчами, откуда круглосуточно наблюдали за городом. Внутри таких башен находилась винтовая лестница, по которой ежедневно караульный поднимался на самый верх, где располагалась смотровая площадка.
Поскольку каланча была намного выше окружающих домов, оттуда был хорошо виден практически весь город. И если где-то появлялся черный дым или языки пламени, караульный подавал сигнал тревоги - бил в набат, поднимал сигнальный флаг, или вывешивал кожаные сигнальные шары в дневное время и фонари в ночное.
В российских городах пожарные каланчи активно строились с начала 19 века. Зажиточные купцы, «отцы города», первым делом строили каланчи и пожарные депо, стараясь уберечь от пламени свои лавки и особняки. В больших городах уже Советского Союза наблюдательные башни возводились вплоть до 1930-годов. 
Сегодня в Беларуси сохранились 11 пожарных каланчей. Единственная каланча в белорусской столице находится в Октябрьском районе. В 1950-е годы во всей округе не было практически ни одной пятиэтажки. И этот «фитиль» казался небоскребом среди небольших деревянных домов.  Когда в 1970-ые годы в городе стали активно строиться блочные дома и пожарную каланчу «заперли» панельные гиганты, от ее услуг пришлось отказаться.
С развитием телефонной связи необходимости в постоянном визуальном наблюдении за населенными пунктами уже не существует. Сегодня по своему прямому назначению пожарные каланчи уже не используются. В них, как правило, сушатся пожарные рукава или располагаются музеи пожарного дела.

Пожарный автомобиль

Первым в истории пожарным автомобилем считается построенный в середине 19 века самоходный паровой насос. Паромобиль мог доставить боевой расчет из пяти человек к месту бедствия. На машине компактно располагались пожарные рукава и другое вооружение.
И если в Европе в конце 19 столетия предпочтение отдавали паровым самоходам, то на просторах Российской империи огнеборцы все еще пользовались конной тягой для быстрого прибытия на пожар.
В 1901 году немецкой фирмой был выпущен уже электромобиль. Он был довольно громоздким, двигался с небольшой скоростью и требовал частой перезарядки аккумуляторов. Причем это можно было сделать только в пожарных частях, оснащенных специальным оборудованием, а значит, радиус действия такой машины был очень ограничен.
Эра пожарных паро- и электромобилей оказалась непродолжительной и завершилась появлением бензомоторных машин, которые совершили настоящую революцию в деле пожаротушения.
В царской России первый пожарный автомобиль появился в 1904 г. Машина представляла собой автолинейку, предназначенную для перевозки 10 бойцов и пожарных рукавов. По бортам располагались 2 пожарные лестницы. Этот автомобиль был построен в единственном экземпляре и передан в одну из пожарных частей Санкт-Петербурга, в которой и прослужил до 1910 года.
Преимущества такой техники были очевидны, и в середине 1920-х годов уже советский автопром организовал производство пожарных автомашин на шасси автомобилей иностранного производства. И все равно таких «переделок» не хватало. Поэтому многие советские энтузиасты своими силами приспосабливали неисправные военные авто для нужд пожарного дела.
Первый же пожарный автомобиль уже на советском шасси появился в СССР в 1928 году.  А спустя 9 лет началось серийное производство специальной техники. Она сделала пожарную охрану мобильной и мощной – большинство загораний ликвидировалось в самом начале.
Сегодня в арсенале спасателей десятки разновидностей специальных автомобилей, отличающихся современной конструкцией, комплектацией и надежностью. При этом специалисты продолжают разрабатывать новые виды аварийно-спасательной техники, чтобы в кротчайшие сроки и с минимальными потерями ликвидировать последствия не только пожаров, но и техногенных аварий и стихийных бедствий.
           Пожарная команда м.Шумилино создана 15 июля 1944 года и входила в состав Сиротинского НКВД. Команда состояла из 14 человек: начальник, инструктор профилактики и три смены дежурных караулов по четыре человека – начальник караула, командир отделения и два бойца на конно-бочечном ходу.
         Здание пожарного депо располагалось на перекрестке улиц Вокзальной и Ленинской в центре поселка. Несение службы осуществлялось круглосуточно постовым на вышке. На работу в пожарную команду принимались как мужчины, так и женщины. В 1946 году в штат пожарной команды были введены телефонистки.  В 1948 году на вооружение поступили пожарные автомобили ПМЗ-11 (на базе ЗИС-5) и мотопомпы. В пятидесятых годах их сменили ПМГ-6, в шестидесятых – ПМГ-19.
          В 1968 году городская пожарная команда была реорганизована в профессиональную пожарную часть по охране г.п.Шумилино. В 1978 году построено новое здание пожарного депо по ул.Луначарского. В декабре 1993 года профессиональная пожарная часть п.г.т.Шумилино преобразована в военизированную.
        В различные периоды времени руководителями пожарной команды и части были:
1944-1948   -  Пушкарский Николай Тимофеевич
1948-1952   -  Шаститко Тимофей Дмитриевич
1952-1973   -  Короткин Виктор Андреевич
1973-1976   -  Красицкий Александр Николаевич
1976-1981   -  Короткин Виктор Андреевич
1981-1991   -  Харитонов Леонид Иванович
1991-1993   -  Колесников Владимир Николаевич
1993-1999   -  Кисов Сергей Алексеевич
1999-2006   -  Жуков Николай Владимирович  
2006-2009   -  Шевяко Сергей Павлович 
2009-2014   -  Крюков Иван Алексеевич 
2014 - по н/время - Соснович Андрей Иванович

          Проходят времена, меняются поколения, но вопрос безопасности населения не только не уменьшается, а, наоборот, с каждым годом становится  всё более актуальной. Сегодня не только природные катаклизмы могут угрожать жизни людей, а в большей мере сам человек, порой и не подозревая об этом. Это и аварии на атомных электростанциях, лесные и торфяные пожары, выбросы и розливы   ядовитых веществ, авто и авиакатастрофы, взрывы и разрушения различных зданий и сооружений и многое другое. Для ликвидации подобного рода чрезвычайных ситуаций во многих странах мира, в том числе и в нашей республике созданы Министерства по чрезвычайным ситуациям,  которые активно действуют во благо людей и государства.
          Министерство по чрезвычайным ситуациям Республики Беларусь - самая молодая структура в республике, но, не смотря на это, оно сохранило для государства сотни миллионов   рублей, спасло от гибели сотни человеческих жизней. Но и как в любой структуре деятельность Министерства по ЧС, складывается из работы каждого её сотрудника, которые с честью и достоинством несут гордое имя «спасатели».
        Шумилинский районный отдел по ЧС это одно из звеньев сложной структуры Министерства по ЧС, состоящий из 52 человек, включающий в себя пожарную аварийно-спасательную часть п.г.т.Шумилино и два   пожарных аварийно-спасательных поста: г.п.Оболь и аг. Мишневичи.

Rating All.BY